Замечательные вещи попадаются в детской фантастике! Отводит душу после кошмарного Обитаемого Острова и, увы, скучного "Цифрового" Дяченко.
В. П. Крапивин. "Выстрел с монитора"
Девушка в синей аэрофлотовской пилотке подняла от рюкзака голову и спросила гитариста: — Миша, а ты песню про Углич помнишь? Тот прихлопнул струны. — Ту, что Димка Ярцев сочинил? А как же. Мы ее и там… помнили. Правда, командиры косились, не в жилу, мол. Но все равно… — Эх, Димка, Димка… — сказали за грудой рюкзаков. — Главное, перед самым дембелем… Гитарист переливчато перебрал струны, откинул волосы, посмотрел на Уголичи-Северские… Голос у него оказался высокий, почти как у девушки. Раскалил закат на небе угли И с размаха на реку обрушил. И глядится в воду древний Углич С темно-красной церковью-игрушкой… Парни и девушки начали подвигаться к певцу, окружили. Мальчик его уже не видел. Но голос звенел. …А игра была — не на свирели, У крыльца толпой бояре стали. «Покажи, царевич, ожерелье…» И по горлу — с маху острой сталью…
Вот и все. Легенда или сказка… От заката взгляды поднимите: Виден в небе храм в багровой краске - Жил да был на свете мальчик Митя… Мальчик вспрыгнул на планшир, ухватился за трубчатую стойку фонаря. За головами и спинами опять увидел гитариста. Тот наклонился над струнами, голос у него как бы потемнел: Жил да был… Над Волгою затишье. Не спеша звезда в закат упала… И вдруг с плачущим, чисто цыганским вскриком, со взмахом отброшенных волос: …А за что во все века мальчишек - Топорами, пулями, напалмом?! Мальчик вздрогнул и соскочил на палубу. И услышал уже из-за голов: Тонкий крест стоит под облаками, Высоко стоит над светом белым. Словно Сам Господь развел руками, Говоря: а что Я мог поделать? |